ms1970 (ms1970) wrote,
ms1970
ms1970

Categories:

“Глобальное Будущее” – 2045

Появилась идея сходить на Конгресс “Глобальное Будущее” – 2045 (GF-2045)
“Моделирование и прогнозирование мировой динамики”

В общем, «Футурологический конгресс» (с) С. Лем ;-)))

По этому случаю подготовил интервью.

Интервью оказалось неформатом, нецензурой и некондицией. Естественно, как уже 12 лет подряд, сломались шрифты, проявилась нехватка интернет-площади и возникли проблемы со стулами.

Будущее неизбежно!



Морозов Сергей Борисович – писатель, историк, специалист в области социобиологии и эволюционной психологии. Автор документальных книг «Тайна вечной жизни», 2003 и «Секс и ранг», 2011. Автор философского футурологического романа «Приключения Красной Беретки». Создатель социобиологических концепций «Корпоративно-клановая система», «Мир сражающихся наций», «Эволюционная магистраль». Автор научно-популярных статей и материалов.

В работах С. Морозова рассматриваются различные аспекты жизни современного общества, но их особенностью является акцент – он делается на состояние биологической основы общества, на его биологическую базу, на состояние его биологических параметров. Согласно социобиологической концепции, изменения в социальной жизни провоцируют изменения в биологической основе этого общества, и наоборот. И потому любое социальное изменение так или иначе, через множество промежуточных связей, оказывает влияние на биологические параметры людей. Вычисляя такого рода зависимости, можно и раскрывать события прошлого, и исследовать настоящее, и делать прогнозы. Исследования С. Морозова практичны, злободневны и касаются жизни каждого человека.


- Сергей Борисович, не могли бы вы для начала уточнить, в какой области знаний вы работаете? Среда ваших работ есть книга по историософии – «Тайна вечной жизни», и книга по эволюционной психологии – «Секс и ранг», у вас есть лекция по трансформации массового сознания на переходе от модерна к постмодерну и есть статьи по медицинским тенденциям состояния современного общества. Какая область для вас является основной?
- Моей первой задачей, с которой все мои поиски когда-то начались, было понять, как работает общество. Не на глобальном уровне, не на научном – чисто на бытовом. А именно – почему одни люди успешны, а другие нет, как этого успеха добиваются – и в сфере материальной, и в сфере успеха у женщин, в общем, как это работает. Я задавался самыми простыми вопросами, на которые всегда существовало множество ответов. И когда я перебрал эти ответы, для меня открылось, что никакой практической информации в них по сути нет, обычно они касались только частных случаев. Меня же интересовала именно система. Входя в жизнь, молодой человек сталкивается именно с общественной системой – и вопрос успеха для него состоит в том, как эту систему можно обыграть, как добиться этого самого успеха – где, в какой области, с какими людьми. И главное – насколько эта задача решаема. Так что основная область – это решение практических задач.

- В ваших первых опубликованных работах была рассмотрена так называемая корпоративно-клановая система. Вы описали такое традиционное явление, как трайбализм – то есть существование родовых и племенных структур – но только внутри современных обществ.
- В 90-е годы в России еще не было известно такой научной дисциплины, как социобиология. Когда пришлось столкнуться с биологическими структурами в современном обществе, социобиологию пришлось просто изобретать. Марксистский анализ – а это все, что было у меня изначально – не давал понимания процессов, происходивших в стране. «Социо» не работало без «био» – и это естественно, поскольку самые прочные связи между людьми – это семейные и родовые. А поскольку ни книг, ни даже статей по этой теме не было, пришлось изобретать велосипед. А именно – социально-биологическую модель общества.

- Вы сами изобрели этот «велосипед»? Какие-то готовые детали вы использовали?
- Конечно, все возникло не на пустом месте. Именно в 90-е я открыл для себя книги Льва Гумилева. Сейчас его принято называть сказочником, в некоторой мере это действительно так, но его подход, его методология были восхитительны. И не просто восхитительны – они располагали к критическому подходу, они к нему провоцировали. Гумилев вызывал сомнения. Чтобы их разрешить, пришлось разбираться с генетикой. Разобраться с генетикой было невозможно без знания общей биологии. В процессе изучения биологии пришлось изучать популяционную генетику.

- И все-таки, какие области знания вы можете назвать как основные? Что вы можете назвать базой ваших исследований?
- Я сторонник традиционной науки. Базовые науки – это историософия и социобиология. Историософия – это «Закат Европы» Освальда Шпенглера. «Социобиология» - это академический учебник Эдварда Вильсона. В свою очередь социобиология базируется на столь же академической синтетической теории эволюции, которую иногда называют неодарвинизмом. И, естественно, системный подход.

- Ваш подход состоит в том, что решение большинства загадок лежит именно на пересечениях наук.
- Именно так. Например, Шпенглер пишет о закате цивилизации и приводит термин «метафизическая усталость». «Метафизическая» для современной науки – это аналог «неизвестная». Я начинаю искать эту «усталость», и нахожу ее в виде массового ослабления инстинктов у представителей современной цивилизации. Что вполне совпадает с «закатом». И что вполне совпадает с медицинскими данными – «метафизическую усталость», оказывается, можно измерить! Она полностью коррелирует с некоторыми медицинскими данными по заболеваемости. А далее возникает новая задача – выяснить, почему инстинктивные проявления ослабевают. На этот вопрос можно дать сотню объяснений. Я решил найти группы, где эти проявления не ослабевают – это оказались шимпанзе. Далее пришлось разобраться с приматологией, выявить механизмы, которые существуют у тех же шимпанзе и отсутствуют у людей, и на основании анализа вывести систему поддержания качества в группах. Решение оказалось удивительно обыкновенным – у шимпанзе полностью работают внутригрупповой и межгрупповой отбор. Те особи и группы, кто не обладает инстинктами с достаточно сильным проявлением, просто оттесняются от воспроизводства или уничтожаются. Это в общем, а в целом решение вопроса начинает обрастать деталями, и в конце концов складывается в целостную концепцию.

- Как вы изучали приматологию?
- Существует два способа изучения приматов. Можно поехать в джунгли, годами наблюдать шимпанзе, а в перерывах по книгам изучать людей. Я выбрал другой вариант. Я решил наблюдать людей, а шимпанзе изучать по книгам. Это проще. Люди более доступны для изучения. А от перемены мест наблюдения приматов результат не изменяется.

- С социобиологией ситуация понятна, социобиология одна. Но историософских концепций существует множество, почему вы выбрали именно Шпенглера?
- Шпенглер мне кажется максимально точным, мировые процессы пока что идут по Шпенглеру. Его основная идея состоит в том, что цивилизаций много, каждая цивилизация реализует свой потенциал, достигает вершины, а потом умирает. Получается синусоида, где почти все достижения – в архитектуре, в искусствах, в естественных науках – совершаются по восходящей стороне, а основные технические достижения приходят уже на стороне ниспадающей. Шпенглер делит цивилизацию на восходящий период, называемый «культурой», и ниспадающий, именуемый собственно «цивилизацией».
Шпенглер описывает именно разницу между двумя периодами. Для первого периода характерны народы-нации, для второго – разрозненные массы, для первого – иерархии, для второго – равенство, для первого – экономическая свобода, для второго – социализм. Да, в конце своего жизненного пути цивилизация приходит именно к социализму.
Масса – это суть и критерий поздней цивилизации. Короли конкурируют за ресурсы. Армии растут, производства растут. Массовые армии, массовое производство выводят массы на арену истории. И естественно, что общество сначала становится массовым, а потом вообще перестает быть обществом, превращаясь в собственно массу. И теряет способность к развитию.

- Когда Обаму называют коммунистом, это имеет отношение к социализму по Шпенглеру?
- Да, именно так, это расширение социальной помощи, как отдельным людям, так и корпорациям, это системные действия по снижению рисков, которые в свою очередь ведут к подавлению инициатив, в первую очередь социальных. «Я» заменяется на «Мы». Именно поэтому социальная жизнь вырождается в требование хлеба и зрелищ, а техника еще некоторое время развивается – потому что в технике «Я» на «Мы» заменять опасно. Аварии начнутся.

- Есть культурно-временная концепция «Архаика – Модерн – Постмодерн». Вы ее тоже используете.
- Да, это тоже удобный инструмент. Эта концепция утверждает, что каждому уровню цивилизационного развития присущи свои культурные и технические особенности. Например, массовые армии и массовые производства – это атрибут модерна. С некоторыми допущениями «Модерн» – это первая половина «цивилизации» Шпенглера. Модерн закончился – но его элементы еще присутствуют в жизни людей. И более того, вся культура, фактически все гуманитарное знание, которое есть в нашем распоряжении – это знание эпохи модерна. Но модерн закончился, и знания перестают работать. Но других знаний нет. По Марксу крайне трудно представить переход от социализма к капитализму. А Шпенглер не детализирует наш период. Наше время – это постмодерн. И с тем, как модерн заканчивается, на исторической сцене снова появляются элементы архаики – те же племенные структуры в современном обществе. То, что было на подъеме синусоиды культурно-цивилизационного роста, то же самое появляется на ее спаде. Эти явления не исчезали – они просто переставали себя проявлять, переставали играть важную и даже видимую роль в жизни общества. Постмодерн – это время утраты элементов модерна. А когда все элементы модерна будут утрачены – тогда снова вернется архаический период, или Темные века.

- Рассматриваете ли вы еще какие-то глобальные определяющие процессы, кроме собственно цивилизационного кризиса?
- Да, это Peak Oil, пик добычи нефти, да и собственно ископаемого топлива. Топлива не исчезнут, но их добыча будет сокращаться. Экономическая модель современной цивилизации построена на росте, а рост имеет в основании рост потребления энергии. Падение цивилизации, утрата цивилизации неизбежны в силу внутренних принципов развития цивилизаций. Падение добычи топлива внесет только один корректирующий момент в этот процесс - посадка цивилизации будет скорой, быстрой и жесткой.

- Одной из основных тем Конгресса будет обсуждение «кривой Снукса-Панова». Согласно этой концепции, эволюция человечества стремится к сингулярности, то есть к точке бесконечности, примерно в середине нашего века. Что должно вызвать целую серию кризисов.
- Эта кривая была построена исходя из предпосылки, что люди не являются конечным звеном эволюционного процесса. Люди именно как биологическая единица. Поэтому в список кризисов, которые определяют эту кривую, помимо биологических революций, добавлены революции технологические. Но есть еще момент – эти технологические революции только подтверждают кривую, она может быть построена и без них. Точки технологических революций спорны, о чем пишут авторы концепции.
Эту кривую можно свести к следующему правилу: сложность эволюционирующих систем нарастает со временем в геометрической прогрессии. Я бы добавил к этому другое, противоположное правило системотехники: любая система имеет свой естественный предел. Оба тезиса верны, но они противоположны.
В свое время крокодилы тоже шли по этой самой эволюционной кривой вместе с людьми. И тоже с ускорением. Но настал момент, когда крокодил как система достиг своего естественного предела. Никаких качественных изменений в последние пятьдесят миллионов лет у них не наблюдается. После этого крокодилы претерпевали только территориальные адаптации. Кривая крокодила выглядит следующим образом: сначала – экспоненциальное развитие, а потом – адаптационные прямые.

- И все-таки кризисы – они ожидаются? Ведь кривая Снукса-Панова – не единственная сингулярная кривая. Есть еще концепция Капицы для народонаселения планеты, где точка сингулярности приходится на 2025 год.
- У меня тоже есть несколько медицинских сингулярностей. Например, расчет для России показывает следующее: через 22 года, в 2034 году, в ходе диспансеризации будет выявлен последний здоровый российский ребенок; через 24 года, в 2036 году, на каждого рожденного ребенка будет приходиться 9 родовых осложнений; через 31 год, в 2043 году, каждый ребенок в России будет рождаться с явной врожденной патологией. К счастью, сингулярность невозможна. Сингулярность – это точка вырождения функции в бесконечность. Бесконечность физически недостижима. Делить на ноль нельзя. И то, что тенденция должна измениться – это совершенно верно. Она должна измениться, потому что не может прийти к невозможному результату. И изменится она только в результате кризиса, катастрофы – в этом авторы концепций сингулярности совершенно правы. Кстати, все эволюционные кривые похожи. Что для людей, что для танков, что для микропроцессоров.

- Как бы вы расставили точки эволюционных революций?
- Человек как особь, как биологическая единица перестал эволюционировать; и эта эволюция завершилась 200 – 150 тысяч лет назад. Но эволюционирующая единица – это ведь не особь, а популяция, группа. Я вижу продолжение биологического прогресса человечества следующим образом: это сначала возникновение племен, и далее возникновение народов-наций. С точки зрения социобиологии это принципиально иные в качественном плане формы организации, которые и вывели человечество на новые рубежи. Эти формы именно социальные – что не вызывает сомнений, и именно биологические – поскольку они определяют диапазоны скрещивания – чисто биологический параметр. Именно эти новые формы позволяют многократно, качественно повысить параметры через расширение возможностей при выборе партнеров. Эти формы позволяют поддерживать и воспроизводить редкие, уникальные вариации человека, для которых в тех же родовой группе или племени просто не нашлось бы применения.

- Переход количественных изменений в качественные?
- Да, совершенно верно. В социобиологии это сформулировано несколько иначе: при достижении определенных количественных параметров качественные характеристики популяции меняются. Но народы-нации – на данный момент это нестабильная форма существования человека. Народы возникают и разваливаются на атомарные человеческие единицы, бывает, что вырождаются в ноль. С этим вырождением связаны и цивилизационные кризисы. Просто в цивилизации происходит некоторая синхронизация правил для нескольких народов, и через синхронизацию правил синхронизируются следственные от них биологические изменения.

- Цивилизации вырождаются? Выходит так, что люди еще не научились жить в цивилизации, не вырождаясь?
- Совершенно верно. Оттого и закаты цивилизаций. Оттого и цикличность в развитии. Мой скептицизм по отношению к разного рода концепциям постчеловечества именно в том и состоит, что не освоив жизнь в цивилизации как стадию, замахиваться на более высокие уровни просто несерьезно. Уровень цивилизации еще не достигнут. А через уровень перескочить, согласно правилам биологии, нельзя.

- Снижение качества человеческого материала обычно сводят к тому, что была преодолена смертность до репродуктивного периода – с 500 на 1000 до 20 на 1000.
- Не только. Эти цифры – отбраковка по состоянию здоровья. Но цивилизации вырождались и раньше, когда отбраковка еще была. Есть еще два дополнительных вида отбора – внутригрупповой и межгрупповой. Оба вида отбора сопровождаются оттеснением от воспроизводства особей и групп, не располагающих должными качественными параметрами.

- А что такое качество человеческого материала?
- В биологии параметры делятся на две группы – качество и вариабельность. Для человека я определил качественные параметры как интеллект, самоконтроль, физическую силу, работающие инстинкты, в том числе любопытство, симметрию. Здоровье обязательно по умолчанию. Остальные достоинства являются дополнительными – это вариации человека. Исследуя приматов, я пришел к тому, что качественные параметры наследуются в основном по линиям альфа-самцов, вариационные параметры – через свободный выбор самок, изменяющих альфа-самцам, причем соотношение примерно 75 к 25. В цивилизации природная система выбора партнеров разрушается, биологические альфы заменяются социальными, качественные параметры наследуются в меньшей степени, и начинается вырождение. Которое в предпоследний момент сопровождается ростом вариабельности, а в последний момент – ростом девиативности. Подробно об этом я пишу в книге «Секс и ранг». И возвращаясь к Шпенглеру, его «метафизическая усталость» - это видимый результат падения качества. Все детали в разных концепциях должны сойтись, если, конечно, эти концепции верны.

- Вы не рассматриваете биотехнологическую сингулярность. Но как насчет чисто технологической сингулярности? Ведь если взять только технологический участок, на нем концепция тоже будет работать.
- Технологический аспект относится к цивилизационному. Хотя Европа и Америка относятся к одной цивилизации, биологически они различны. Америка моложе. Это значит, что цивилизационные процессы в Америке идут с опозданием относительно европейских процессов. А Россия и Шпенглером считалась отдельной цивилизацией. Я считаю, что цивилизационные процессы в России опережают европейские.

- Выходит так, что Россия должна будет первой подойти к точке технологической сингулярности?
- Именно так. Но самое интересное, Россия эту точку сингулярности уже прошла. Причем и технологической сингулярности, и социальной. Эта точка – от распада СССР до распада российской науки и промышленности. Россия демодернизируется, и все большую роль на ее территории начинают играть архаичные структуры и архаичные отношения. Общественная жизнь в России в общем прекратилась. Народ, перешедший в состояние массы, утратил способности к самоорганизации.

- Но тогда следующей будет Европа.
- Да, Европа. Значительный вклад в ее разрушение внесет Америка – точно так, как было с СССР, чисто по сценарию распада. Союзничество не должно обманывать. В биологии есть правило, согласно которому виды, занимающие максимально близкие ниши, являются конкурентами. Америка не конкурирует ни с Китаем, который является мировой фабрикой, ни с Исламским миром, который поставляет ресурсы. Америка конкурирует с Европой на рынках высоких технологии и банковских услуг. В Америке никто не хочет разрушать Европу. Но это не вопрос воли. Разрушение неизбежно именно в силу сложившихся тенденций, которые непреодолимы. А Европа, в свою очередь, столь же слепо и не желая того будет идти к собственному разрушению. И даже если будут предприняты меры по спасению Европы – их эффект будет прямо противоположным. Потому что в обществе масс любые положительные намерения оборачиваются негативом. Европа близка к точке технологической и социальной сингулярности – и потому никто не может уже полностью контролировать ситуацию. А как показывает опыт России, после перехода точки сингулярности стабилизации не происходит, происходят распад и технологическая деградация. Причем эти процессы идут очень быстро, настолько быстро, что теряется возможность их осмысления и контроля.

- Одна из задач Конгресса – понять эти глобальные угрозы и перспективы.
- Понять их можно, но, как подсказывает опыт, и как следует из анализа этих процессов, повлиять на них нельзя. Какое время, такие и люди. Люди предопределяют время. Качество человеческого материала предопределяет время. Создается круг, который нельзя разорвать. «Психологически барьеры восприятия приводят к тому, что бесспорные факты замалчиваются в результате инстинктивного нежелания рассматривать этот предмет во всех его сложных деталях.» Это цитата из исследования группы военных аналитиков Бундесвера, посвященного пику добычи нефти. Вопрос стоит на самом высоком уровне. Масса психологически отторгает информацию об опасности. Потому и масса. Но демократически избранные руководители – это тоже представители массы. Если они поднимут вопросы, создающие у массы чувство дискомфорта, масса за них не проголосует. В результате так получается, что именно в период падения больше всего говорится о расцвете, об успехах цивилизации. Потому что такой запрос исходит от масс, а поздняя цивилизация по Шпенглеру – это цивилизация массы.

- Цивилизация заканчивается, по-вашему ее конец неизбежен. Что дальше?
- Дальше идут темные века. Именно не Средние, а Темные. Для Европы это период от падения Рима до начала крестовых походов.

- Вы считаете, что Темные века неизбежны, или?..
- Чем точнее расчет, тем меньше «или». На самом деле, это не так страшно. Большинство людей не знает, что сейчас они живут на излете цивилизации, а при Темных веках большинство людей не будет знать, что они живут при Темных веках. Да и при Темных веках бывают интересные события – например, возникают круглые столы рыцарей, организуются походы, переселяются народы, объявляются короли и даже возникают империи. Но очень ненадолго.

- Вы активный участник проекта ЗИТ.КОМ. ЗИТ расшифровывается как здоровые, интеллектуальные, талантливые - коммуникация. Как продвигается этот проект?
- Настоящее, а именно цивилизация и масса, предопределены прошлым, и потому в настоящем корректировке не подлежат. Но есть идея, что ситуация допускает создание чего-то нового, в той или иной степени отдельного, не попадающего в общий процесс. Масса враждебна всякой иерархии, всяким структурам – и потому задача противопоставления массе состоит в создании социальных иерархий и структур. Смысл ЗИТ.КОМ состоит в создании общества, живущего по правилам роста качества человеческого материала. Оно не закрытое, участвовать могут все желающие. Один из проектов – «Новые города для новой нации», то есть строительство городов, живущих по этим конвенционным правилам. Города должны быть открыты, а их продукция должна быть конкурентоспособна на мировом уровне – это, а не благо человека, должно определить их законы. Но ЗИТ.КОМ – это модель. По аналогии с моделью самолета, модель не летает, но ее вполне можно засунуть в аэродинамическую трубу и посмотреть, что получится. Пока толком ничего не получается. Проект слишком сложен и находится вне массового восприятия. Понять неизбежное очень просто, а найти выход из неизбежного – почти невозможно.

- Чего вы ждете от Конгресса?
- Создания структур. Без структур жить очень трудно. В то время, когда все вокруг распадается, любые структуры очень облегчают жизнь. И делают ее интереснее.

- Но вы говорили, что в обществе масс главная тенденция – это распад.
- Это говорил Шпенглер. Да, это так. Шансы очень невелики.

- То есть будущее беспощадно?
- Все гораздо хуже. Оно еще и неизбежно.



Subscribe
promo ms1970 november 7, 2012 22:28 570
Buy for 100 tokens
Сайт автора на Wordpress с удобным расположением материала (наполняется) Книги - страница на Вордпресс Книги можно заказать почтой. Старые посты и материалы - новые лучше смотреть на Вордпресс Большие статьи: Явная лажа тайной ложи Нация - новый синтез Нация как…
  • Post a new comment

    Error

    default userpic
    When you submit the form an invisible reCAPTCHA check will be performed.
    You must follow the Privacy Policy and Google Terms of use.
  • 108 comments
Previous
← Ctrl ← Alt
Next
Ctrl → Alt →
Previous
← Ctrl ← Alt
Next
Ctrl → Alt →